F40 должен был стать празднованием сорокалетия Ferrari. Первый суперкар компании, несмотря на сильное влияние экстремальной машинной философии 288 GTO, никогда не был предназначен для жизни на гоночном треке. Это, однако, не означает, что ему не хватало цели: его сложная высокоэффективная ходовая часть с турбонаддувом в сочетании с первоклассным шасси придавала ему вид огромного динамического мастерства, близкого к гоночному автомобилю. Как писал знаменитый журнал Road & Track, "F40 может быть одним из самых целеустремленных дорожных автомобилей, когда-либо построенных". Всего за несколько месяцев до его кончины хрупкий Энцо Феррари объявил с трибуны в штаб-квартире Ferrari в Маранелло, Италия, автомобиль, который изменит мир. Этот автомобиль, F40, ознаменовал конец эпохи, как для марки Ferrari, так и для автомобилей производительности в целом. Это был требовательный, спартанский суперкар— “не особенно удобный” даже по собственному описанию компании. F40 был разработан специально для того, чтобы быть самым быстрым, острым и агрессивным дорожным автомобилем Ferrari. И это было так близко, как только можно было подобраться к гоночному автомобилю, который выскользнул из загона и каким-то образом получил разрешение на использование дороги. В каком-то смысле машина сделала именно это. Корни F40 находятся в 288 GTO Evoluzione, ракете, которую Ferrari разрабатывала для участия в дорожных гонках легендарной категории Group B санкционированных FIA гонок. Ралли-аварии убили всю категорию, прежде чем Evol